Бенедиктинский монастырь Святого Николая в Литтлмор

Бенедиктинский монастырь Святого Николая в Литтлмор

Бенедиктинский монастырь Святых Марии, Николая и Эдмунда, построенный в 1245 году в английском местечке Черли на средства Роберта де Сандфорда, ничем не выделялся среди других. Разве что он был мал и беден, а название буквально за век потеряло и Богоматерь, и короля-мученика Эдмунда, убитого в 870 году. Остался только Николай Чудотворец. Да, в этом монастыре творились ещё те чудеса…

Женский монастырь Литтлмор?

Начиналось-то всё более чем хорошо. Детище Роберта де Сандфорда должно было прирастать землями и процветать. Потомки Сандфорда вдвое расширили его владения, назначили ежегодные взносы от Уитема, десятину от лэмбурна и Бэйворта, доходы с земли в Гарсингтоне, Кеннингтоне, Сиденхеме и Ливертоне. И пусть это были небольшие деревни, зато поступления — постоянные.

Отчёт Джона Дерби

Одно время монастырь Святого Николая (так он теперь назывался) даже имел право утверждать священников для приходских церквей в Путтенхеме, Хартфордшире и Барви. Сам король Генрих Винчестерский назначил монастырю 40 шиллингов в год и даровал 120 акров земли в Хендреде.

Однако дело не ладилось. Хотя монастырь Святого Николая в Литтлморе был рассчитан на дружное сестринство хотя бы из 20 монахинь, за два века он превратился в странную обитель, где одновременно жило не больше десяти женщин. И условия жизни были, по-видимому, таковы, что курирующему это сестринство епископу Линкольна Уильяму Алнвику пришлось отправить туда своих представителей. Один из них, доктор Джон Дерби, с ужасом сообщал: сестры боятся спать в своих постелях, потому что в любой момент на них может обвалиться потолок, настоятельница на них никакого внимания не обращает, о надлежащем ремонте помещений не заботится, зато распивает чай с монахом из цистерцианского монастыря и каким-то местным законником, и о душе своих подопечных не беспокоится, а они, они даже поста не соблюдают и едят мясо каждый день!

Собрал этот представитель епископа и местные слухи. Монашки, поговаривали в деревне, специально оставляют слуховое окно открытым на ночь, чтобы туда шмыгали студенты из Оксфорда (благо, Оксфорд, очаг просвещения, находился рядом). Монашки в свою очередь уверяли, что всё дело в потолке. Доктор вздохнул, дал им наущение, что студентов нельзя принимать в монастыре не только ночью, но и днём, а мясо есть, не взирая на пост, — страшный грех. С тем и отбыл докладывать епископу, что воспитательная работа проведена.

Неправильные послушницы

Прошло более 70 лет и епископу Линкольна, теперь уже Уильяму Этуотеру, вновь донесли, что в монастыре Литтлмор происходят пренеприятные дела. Число литтлморских монашек сократилось до пяти, выглядят они хуже, чем нищенки, спят на голых досках, едят, когда получится, зато у настоятельницы сказочная жизнь. Себе она ни в чём не отказывает, а стоит пожаловаться одной из девушек, как на несколько дней её отправляют в келью без еды и воды и с колодками на ногах, а сама прижила дочку от монастырского капеллана. Все видели, как они ходят, держась за руки, как супружеская пара, а дочка бегает и играет с монахинями.

Епископ, который знал о скандале с монастырём при предшественнике, немедленно отправил туда доктора Эдмунда Хорда, епископального комиссара.

Эдмунд Хорд прибыл в Литтлмор 17 июня 1517 года. Его сопровождал Ричард Ростон, епископальный юрист. Задание у Хорда было простое — разобраться, что в доносах правда, а что ложь. Но стоило ему спросить об этом монашек, как те затараторили: у нас всё хорошо. И Хорд тут же понял, что всё плохо.

Первым делом он приступил к ревизии. Потолки, как и 70 лет назад, были в плачевном состоянии, стены в трещинах и потеках, крыша прохудилась, перины и прочие постельные принадлежности отсутствовали, куда-то делись подсвечники, одеяла, скатерти, словом — глазам Хорда предстала полнейшая нищета и разруха. Монахини ютились в малом доме, зато другие были сданы в аренду светским нанимателям. На вопрос, почему же в таком случае эти деньги не пошли на ремонт, девушки сказали, что этими вопросами занимается настоятельница Кэтрин Уэллс. Уэллс, как сплетничали в округе, отдаёт деньги на хранение своим родственникам, на случай, если будут искать в монастыре. И вообще — это она довела монастырь до столь плачевного состояния и запугала своих монашек. А сама распродает монастырское добро, уж совсем ничего почти что не осталось. Ни чаш, ни крестов, ни золота с серебром. Жуткая женщина! Злой дух аббатства Литтлмор! Недаром девушки, жаждущие стать монахинями, приходят в монастырь и, лишь краем глаза посмотрев, бегут без оглядки…

Ещё и ребёнок…

Вот такой отчёт для епископа и составил доктор Хорд. Епископу оставалось только вздохнуть и отправиться инспектировать монастырь лично, что он и сделал 2 сентября 1518 года. Кэтрин Уэллс вместо того, чтобы, склонив голову, внимать словам Этуотера, стала жаловаться на своих подопечных: ленивые, вредные, неуправляемые. Особенно три сестры Винтер, самая худшая из которых Элизабет, у неё все мысли о деревенских парнях, чуть увидит мужчину, начинает подмигивать, улыбаться и делает зазывные знаки. Пробовала с ними говорить мягко, поучающе — не воспринимают. Пробовала наказать, посадила одну ослушницу под замок в колодки, так остальные сестры и ещё Анна Уэйли выломали дверь, разбили ей колодки, забаррикадировались и устроили пожар. А пока она вне себя от ужаса звала соседей на помощь — разломали окно, выскочили вон и удрали в соседнюю деревню, где несколько недель предавались блуду с местными парнишками. Вернулись, наказала, как могла, пригрозила отлучением от церкви. Куда там! Во время богослужения шепчутся и хихикают, сбегают в деревню и играют там в шумные игры, носятся как угорелые, обжимаются прилюдно и нравоучений не воспринимают. А ведь у Элизабет был уже опыт, что нельзя допускать к себе мужчин, она уже за это поплатилась, когда родила ребёнка…

Этуотер потребовал объяснений от монахинь. Теперь они не говорили, что «у нас всё хорошо», а сразу стали жаловаться. После прошлогоднего визита Хорда их настоятельница была в такой ярости, что продала дрова, которыми отапливались кельи, и всю зиму они, бедняжки, мёрзли. А ещё, чуть только уехал Хорд, приехал к настоятельнице её каноник и почти полгода прожил с нею, как с женой. А наказывала их за правду, а не потому, что они непослушные. Чуть что, сажала в колодки, вот потому они и не выдержали, и сбежали подальше от побоев. А когда вернулись, била она их смертным боем, и потому они боятся сказать всю правду, так эта правда ужасна.

Епископ решил, что поучительного разговора с Кэтрин Уэллс в монастыре, где монашки и их руководительница кипят ненавистью друг к другу, не получится. Поэтому он покинул Литтлмор и вызвал её на суд в Линкольн. Несколько дней Уэллс допрашивали и заставляли признать каждый пункт быстро состряпанного обвинения.

Уэллс сначала не желала признаваться и сказала просто, что за все восемь лет, как её назначили отправлять должность настоятельницы, ни трудностями монастыря, ни её личной жизнью не поинтересовалось ни одно официальное лицо. Потом согласилась с обвинениями, хотя, как объясняла, если она что и продала, так только для того, чтобы её монашки не померли от голода, а если что и подарила канонику Хьюсу, так серебряную тарелочку и потир, когда в 1513 году умерла их маленькая дочка. Единственное, от чего отказалась эта женщина — так втягивать в разбирательство каноника Хьюса. «Потому что я любила его и буду любить всегда», — так сказала она церковным судьям.

Скелеты в земле

Монастырский скандал мгновенно стал достоянием общественности. Как раз разрабатывался список монастырей, которые в ходе реформы предстояло закрыть. Литтлмор был теперь на первом месте в этом списке. И в 1525 году, действительно, был закрыт. Кэтрин Уэллс сняли с должности ещё раньше. Но, тем не менее, она получила пожизненную ренту в 6 фунтов 13 шиллингов 4 пенни. Монахини не получили ни пенни, но им отпустили грехи. А монастырские здания достались кардиналу Уолси, который собирался обустроить новый колледж, но так ничего и не обустроил.

Уже в наши дни в Литтлморе были проведены археологические изыскания. Учёные обнаружили под полом бывшей церкви 90 скелетов, 28 из них — мужские, 35 — женские, 29 рассыпались настолько, что пол определить не удалось. Среди этих останков есть захоронение женщины с проломленной головой, захоронение женщины с ребёнком и странное погребение девушки до 25 лет лицом вниз, как делали с вероотступницами или ведьмами.

Журнал: Загадки истории №16, апрель 2021 года
Рубрика: Религии мира
Автор: Николай Котомкин

Источник: ufospace.net

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

20 − 13 =

Нажимая на кнопку "Отправить комментарий", я даю согласие на обработку персональных данных и принимаю политику конфиденциальности.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.